Линда О`Брайен - Опасный соблазнитель

– Клэр! – окликнул ее Чарли и замахал рукой. Тяжело отдуваясь, он подбежал в коляске.

– Боже мой, Чарли, что стряслось? – обеспокоенно спросила Клэр.

– Привет, Эмили. Добрый день, мэм, – поздоровался Чарли с Эмили и Лулу. – Клэр, вы только что беседовали с одним джентльменом. Кто он такой?

– Адвокат из Маунт-Вернона. А почему вы спрашиваете, Чарли?

– По приказу мистера Бута. Только не смотрите на его окно, Клэр! Он следит за нами.

– В таком случае передайте мистеру Буту, что этот человек – мистер Олдхэм, самый известный адвокат в Маунт-Верноне, который намерен защищать в суде моего постояльца мистера Йенссена. Полагаю, о мистере Йенссене вам уже известно из газеты.

Чарли смущенно покраснел:

– Мне очень жаль, Клэр. Я знаю, что в газете напечатали про вас сущий вздор. Всякий, у кого есть хоть капля здравого смысла, сразу понял, что Щепка поднял шум из ничего.

– До сих пор не могу простить его, – призналась Клэр. – Но почему мистер Бут так заинтересовался моим собеседником?

– Кто знает, что еще затеет этот старый лис? – пожал плечами Чарли. – Я все передам ему слово в слово. – Он подмигнул Клэр, ущипнул Эмили за щеку и неторопливо зашагал прочь, сунув руки в карманы.

Вернувшись в банк, Чарли застал Бута вышагивающим по кабинету.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил банкир.

– Этот джентльмен – мистер Олдхэм, самый известный адвокат в Маунт-Верноне.

– Что ему здесь нужно?

– Он намерен защищать в суде Гюнтера Йенссена.

Прищурившись, Бут отошел к окну. Клэр как раз проезжала мимо банка, высоко вскинув голову.

– Черт бы ее побрал! – шепотом выпалил Бут.

Чарли невольно усмехнулся.

– Что-нибудь еще, мистер Бут?

– Пошли кого-нибудь за шерифом. Мне надо поговорить с ним немедленно.

Услышав торопливый стук в дверь, Бут вскинул голову, ожидая увидеть Симонса. Но вместо шерифа в кабинет вошла Дафна и грациозно опустилась на стул напротив Бута.

– Что тебе здесь нужно? – резким тоном осведомился Бут.

Одарив его лукавой улыбкой из-под широких полей коричневой шляпы, Дафна принялась медленно снимать перчатки, осторожно стаскивая их с каждого пальца, и наконец расправила их на коленях.

– У меня есть для тебя новости, дорогой.

– А разве нельзя было подождать с ними до вечера?

Дафна поджала губы.

– Нет, нельзя. Клэр Кавано выходит замуж за твоего партнера. Ну, что ты скажешь теперь? – С торжествующей улыбкой она откинулась на спинку стула, внимательно наблюдая за Бутом.

Тот сидел развалившись в кресле и нетерпеливо барабаня пальцами по кожаному подлокотнику.

– Это мне уже известно.

Улыбка исчезла с лица Дафны.

– Что же ты намерен предпринять?

– Ничего. А зачем тратить силы? Большей удачи нельзя и представить. Как только Маккейн женится на ней, ее земля перейдет к нам, и мы сможем распоряжаться ею, как нам вздумается.

– А если Тайлер решит, что ему больше не нужен партнер?

Бут загадочно приподнял бровь:

– Ему не обойтись без моих денег.

С раздраженным вздохом Дафна схватила перчатки и встала.

– Значит, тебе остается надеяться лишь на то, что он не найдет другой источник денег.

И Дафна направилась к двери, не скрывая раздражения. Бут вечно отсылал ее из банка, по какой бы причине она ни являлась туда.

– Дафна! – окликнул он ее уже у порога. – Сегодня как обычно?

Она скривила губы, оглянувшись через плечо, но Бут выхватил из ящика стола черный футляр и призывно завертел его в руке.

Гримаса Дафны постепенно сменилась довольной улыбкой.

– Как скажешь, дорогой.

– О, прошу прощения, мэм! – воскликнул шериф Симонс, чуть не столкнувшись с Дафной в дверях. Он приподнял шляпу и боком протиснулся в кабинет. – Вы посылали за мной, мистер Бут?

Бут вынул из шкатулки сигару и отрезал кончик.

– Садитесь, шериф.

Беспокойно поглядывая на него, шериф опустился на стул. Бут прикурил сигару и выпустил облачко дыма.

– Сегодня вы чем-то взволнованы, Уилбур.

Положив шляпу на колено, шериф поспешно покачал головой:

– Нет, сэр, ничуть. Так зачем я вам понадобился?

– Я только что узнал, что защищать Йенссена будет адвокат Олдхэм из Маунт-Вернона. Вы понимаете, что это значит?

– Да, сэр. Мне придется все предусмотреть.

– Свидетели уже подготовлены?

– Конечно, сэр.

– Они твердо помнят, что должны говорить?

– Да, и я пообещал каждому по сотне долларов за показания.

– Отлично. Узнали что-нибудь про миссис Грин?

– Нет, сэр.

Бут нахмурился.

– Досадно. Но если подумать, отсутствие вестей – хорошая весть. Вы уже отвезли мой подарок судье Кроуфорду?

– Да, сэр, – безрадостно подтвердил Симонс. – Он был чрезвычайно признателен вам.

Бут выпустил колечко дыма.

– Вот и хорошо, шериф. Похоже, все в наших руках. Помните, мы не имеем права ни на одну ошибку!

– Да, сэр.

– Можете идти, шериф, – заключил банкир и с самодовольной улыбкой отвернулся к окну. Судья Кроуфорд наверняка приговорит Йенссена к казни. В конце концов, благодаря ему, Буту, у судьи появится шанс выйти в отставку и зажить припеваючи. Бут мирно попыхивал сигарой, размышляя о том, что из любого положения есть выход.

«Госпожа Удача» причалила к пристани за полчаса до закрытия банка. Тайлер спустился по трапу первым и сразу заспешил по Гранд-авеню. Войдя в банк, он остановился возле стола, за которым сидел молодой рыжеволосый клерк.

– Я хочу видеть мистера Бута.

Клерк вскочил:

– Сейчас доложу о вас, сэр. Сию же минуту.

Тайлер нетерпеливо нахмурился, а юноша тем временем взлетел на второй этаж. Весь день Тайлер ждал встречи с банкиром, зная, что ему предстоит неприятный разговор. Но с партнером следовало порвать как можно скорее.

– Он примет вас немедленно, сэр, – сообщил задыхающийся от спешки клерк.

– Спасибо. – Тайлер поднялся по лестнице и без стука вошел в кабинет Бута. Банкир с приветливой улыбкой встал.

– Маккейн! Рад видеть вас. Присаживайтесь. Позвольте вам что-нибудь предложить – может быть, чай? Или сигару?

– Нет, благодарю. – Тайлер уселся, Бут вернулся на свое место.

– Я слышал, вам предстоят радостные перемены, – с улыбкой начал банкир.

На миг Тайлер был ошеломлен.

– Откуда вы узнали?

– Не помню. Но это значительно упрощает дело. Теперь мы без труда завладеем землей. – Банкир потянулся к шкатулке с сигарами. – Как по-вашему, когда мы сможем приступить к строительству пристани?

– Именно об этом я и хотел поговорить с вами. Я решил отказаться от наших замыслов.

Рука Бута повисла в воздухе, он прищурился: